Мы еще работаем над изменением дизайна этой страницы.
Очень скоро Вам будет намного удобнее на Address!

Квартира для Серафимы

Глава первая. Инопланетянин.

Когда-то давно, когда ещё квартиры были в дефиците, а покупатели стояли в очереди, чтобы им продали хоть что-нибудь, все агенты по недвижимости продавали информацию.

Да-да, был такой период в истории украинского рынка недвижимости. Интернета не было, да, что там, интернета! Компьютеры были у самых продвинутых!

В нашей компании под названием «Стелла» была пишущая электрическая машинка. За ней сидела строгая Тоня-машинистка. Если нужно было что-то напечатать сверх спущенных ей сверху от шефа циркуляров, мы «подогревали» Тоню шоколадкой. А потом генеральный неожиданно купил компьютер. И почему-то поставили его прямо к нам в отдел. Компьютер поставил Миша из очень крутой «компьютерной фирмы КЭТ» и что-то там LTD.

Программисты у Миши были шутники. Они напичкали машину всякими программами, на которых мы должны были учиться печатать и поставили втихую бродилки-стрелялки. Но самое смешное было, когда случайно нажимаешь не ту клавишу, то экран гас и появлялась надпись «Чайник, пойди перекури!»

Как-то очередной клиент зашёл в к нам в кабинет. Он долго рассказывал, что ему нужна квартира только на площади Победы и нигде больше ( центральная площадь Горловки), что к нему приехала родственница из Канады и пока даёт деньги, нужно срочно найти квартиру Я с глубокомысленным видом сидела за компьютером, уставившись в монитор, нахмурив брови, и мучительно делая вид, что что-то выискиваю в мифической базе данных. На самом деле, «базой данных» была двенадцатилистовая школьная тетрадка, называемая за ее замурзанный вид «мурзилкой», в которой было десятка два квартир, и которую хранили как зеницу ока.

Посетитель смотрел на меня как на спасителя, и мне стало неловко. Я вынырнула из-за компьютера и записала его номер телефона, пообещав позвонить, как только у нас появится подобная квартира. Неловко мне стало потому, что весь разговор я играла в игру «убей бабушку», и все никак не могла пройти на 9й уровень. Потерпев очередной раз фиаско, я глубоко вздохнула и обратила взор на посетителя. Нет, конечно, нам хотелось и денег заработать, и человеку помочь. Но ситуация на рынке была такой, что искомая квартира могла появиться только вместе с инопланетянами на летающей тарелке.

Шёл 1993й год, приватизированных квартир было по пальцам пересчитать, люди ещё не поняли, что их квартиры — это их деньги , и не спешили превращать недвижимость в товар. И надо же так случиться, что именно в эту минуту зашёл генеральный и бросил: «Лен, тут моя соседка звонит и просит помочь продать какую-то квартиру своей тётки. Это по твоей части.»

Я в секунду подскочила и вылетела в коридор.

Телефон у нас, конечно, был, но соседка звонила в приёмную к машинистке Тоня. Тоня сделала обиженный вид. Ей не нравилось, что у нас теперь будет компьютер и мы перестанем носить ей шоколадки.

На самом деле, Тоне не нужны были наши шоколадки, а очень хотелось с нами , девочками, и посплетничать.

Соседка оказалась смешливой молоденькой девчонкой, тётка которой жила, вы не поверите, прямо на площади Победы! У тётки был непутевый сын, кузен смешливой, и ей нужно было разменять свою неприватизированную роскошную 2х комнатную сталинку на две однокомнатные.

Конечно, задача стояла не из лёгких, учитывая дефицит квартир, но это было везение!

А вы счастливчик!- объявила я инопланетянину. — Квартиру в ближайшее время вы купите. Но мне нужно недели 2-3, к тому же необходимо ее приватизировать. И я пока не знаю, сколько она будет стоить.

Я знал, что вы волшебники! — закричал инопланетянин и добавил. — Вы не волнуйтесь, деньги не проблема!

Глава вторая. Славочка.

Расклейка объявлений по району принесла свои плоды. Нам предложили купить 3х комнатную квартиру в том же доме, где жили Серафима Матвеевна со Славочкой, и которая, конечно, им никак не подходила. Владельцами квартиры была пожилая пара, дети которой давно переместились в Москву, а теперь, наконец, получили возможность забрать родителей. И дочь, и сын работали в каком-то закрытом военном предприятии в Подмосковье, имели высокую стабильную зарплату и уже обзавелись собственными квартирами. Квартира нам понравилась, как и сама пара. Отнеслись они к нам с искренним уважением и даже каким-то восторгом прикосновения к «новой эпохе капитализма».

Вторая квартира была чуть дальше, где располагался когда-то магазин «Турист», а теперь, как и все в городе, превратился в большой «комок»- сборную солянку всяких товаров от рыболовных крючков до краски для волос. Это была большая, метров в 60 двухкомнатная квартира, с высоченным, под четыре метра потолком, лепниной на потолке , и маленьким «французским» кованым балкончиком на центральную улицу.

В квартире жили три поколения семьи- бабушка с дедушкой, папа с мамой и их сын, отроду 11 лет. Отношения в семье были напряжённые, это было видно невооружённым глазом. Больше всего страдала мама, приходившаяся старшему поколению невесткой, не имевшая права голоса, и, пожалуй, единственная, кто был заинтересован в размене. А меняться старшее поколение было готово только на такую же двухкомнатную квартиру и «что-нибудь для детей, можно подальше от центра».

«В общем, без шансов, — как сказал после часовой беседы Юра. И, наконец, однокомнатная квартира в районе автовокзала, на первом высоком этаже, без балкона, но с подполом, в котором хозяева хранили разного рода консервацию.

Квартира была небольшая, но удивительно уютная. От неё просто веяло любовью и добротой. Хозяйка квартиры уезжала , как она сама выразилась, «на пмж в Луганскую область». Была весёлого нрава, с лёгкостью переносила все тяготы перестроечного бытия, стоившего ей карьеры в госбанке, и потери существенной суммы денег от той ещё , «Павловском» реформы. Когда в один день государство перестало принимать пятидесяти и сторублёвые купюры.

Рассказывала об этом, смеясь, с юмором подшучивая над своей незадачливой долей. Вот в эту квартиру мы и привели Серафиму Матвеевну. Волнуясь, как она отнесётся к первому , «неходовому» этажу, до последнего не говорили ей об этом. Несмотря на наши опасения, Серафима была просто в восторге! Они с Натальей- так звали хозяйку- в долю секунды нашли общий язык, спустя полчаса уже обсуждали рецепт наливочки и засолки зелёных помидоров.

Цена квартиры нас полностью устраивала. Оставив Наталью и Серафиму наслаждаться обществом друг друга, мы поехали смотреть вторую квартиру, ключи от которой Миша оставил в сейфе у генерального.

— Интересно, куда девался хозяин этого Клондайка?- спросил Юра, едва переступив порог Калиновской квартиры.

И вправду, квартира представляла просто кладезь всего ненужного и непонятного. В выдвинутых ящиках старого рассохшегося стола нами были обнаружены сотни скрученных проводов, запчастей к ламповым телевизорам, какие-то диоды- триоды и транзисторы-резисторы.

В коридоре грудой были свалены коробки из-под проигрывателей, граммофонные иголки и грампластинки всех времён и народов. Мы тогда оттуда много чего вынесли. Пластинки Александра Вертинского и «Времена года» Чайковского до сих пор хранятся в моей Донецкой квартире.

-Колись, где спрятал труп, — допытывался у Миши обалдевший от всего это «великолепия» Юра. На что Миша только взмахивал театрально руками, делая жестом что-то вроде «ах, оставьте!» и стоически молчал.

Потом , уже через год мы узнаем, что собственник квартиры, заняв у Миши, который промышлял наподобие старухи-процентщицы ростовщичеством, N-ную сумму денег, просто свалил из города, бросив и свой радиотехнический бизнес, и квартиру, которая не покрывала и половины взятой в у Миши суммы. В то время ростовщичество, я вам скажу, процветало.

Мой одноклассник Валера, с весьма проходящей его поприщу фамилией Проценко, успешно давал деньги под проценты, пока однажды не загнал в глухой угол отчаявшуюся заёмщицу.

Об этой истории я узнала буквально сразу, как вернулась в Горловку с Камчатки. С одноклассниками я почти не общалась, поэтому не была посвящена в тайны и перепетии местной криминальной тусовки. Валера слыл парнем лихим и сделавшим состояние на слезах несчастных коммерсов, ссужая им деньги под 15% в месяц.

Одна незадачливая леди, махнувшая, не глядя, свою свободную жизнь на иллюзорный заработок на египетской коже, взяла у Валеры $4000. Кожа оказалась не того качества- сравнивать комерсантам ещё было не с чем. Первый же «кислотный» горловский дождь оставил чёрные слезы на белом перламутре плаща.

Лесе- так звали коммерсантку- пришлось возвращать не только деньги за оплаченный уже товар , но и средства за «моральную компенсацию», что в те непростые годы было обычным явлением. Денег взять было неоткуда, и Леся, что называется, «попала».

Валера включил счётчик, который крутился с такой частотой, что за полгода накрутил ровно такую же сумму «компенсационных». Лесе намекнули, что она может лишиться не только квартиры, которая не стоила и трети насчитанных процентов, но любимой и единственной дочери . Леся глубоко вздохнула, и купила у заезжего барыги пистолет.

Затем позвонила Валере и сказала, что готова приехать к нему и рассчитаться.

Где она взяла $8000, доподлинно неизвестно. Известно лишь, что Леся передала ему деньги. Валера взял пачку и предложил Лесе кофе. Повернулся к кофейнику, сказав : «Сейчас посчитаю».

Я принесла тебе денег. Посчитать. — Эхом отозвалась Леся и выстрелила Валере в затылок.

Потом спокойно взяла из кофемашины чашку со сваренным уже напитком, холоднокровно отодвинув рухнувшее тело Валеры и вылила его в раковину.

Затем аккуратно прикрыла за собой обитую багровым дермантином дверь, и вышла вон.

 ___

Глава 3. Великое переселение

Если вы думаете, что события, описанные в этом рассказе, развивались неспешно, то вы ничего не понимаете в продажах недвижимости!

Инопланетянин- потенциальный покупатель на квартиру Серафимы Матвеевны- с которого, собственно, и начался наш рассказ, не оставил аванса. А, значит, ничем нам обязан не был, как и Серафиме с ее квартирой и всей последующей выстроенной цепочке.

И значит, стратегия нашей работы должна была включать человеческий фактор. Например, Инопланетянин мог просто передумать, или его иностранная тётка уехать, увезя с собой доллары на вожделенную квартиру.

Поэтому все описанные события уложились всего в 3 дня- с понедельника по среду. И уже к вечеру среды мы были во всеоружии. Мы чувствовали себя ужасно гордыми тем, как быстро решили сложную задачу, и явились пред очи генерального доложить о выполнении задания.

Генеральный был зол и метал молнии.

Фирма тогда занималась Бог весть чем, от столярного и швейного дела до горюче-смазочных материалов и тяжёлых грузовых машин.

Машины обычно генеральный пригонял под заказ, взяв предоплату у заказчика.

На этот раз заказчик, для которого уже в пятый раз пригнали МАЗ-504В- панелевоз, предоплату не внёс, но клятвенно пообещал оплатить сразу после доставки.

Генеральный взял под этот заказ кредит в банке. Под грабительские 2,7% в день и 4% за каждый день просрочки.

Заказчик на связь не выходил, проценты капали, и Сергей был чернее тучи.

-Серёж, нам деньги нужны,- жалобным голосом протянул Юра.

-Что???? Какие деньги???- громовым голосом изверг генеральный. — И вы туда же?!

Мы ретировались. Но деньги нам были нужны позарез!

Нужно было выкупить квартиру у Миши, переселить туда Славочку, потом произвести обмен квартиры Серафимы на квартиру Наташи по Первомайской улице, и наконец, сделать приватизацию квартиры в доме номер 29 по проспекту Победы и произвести сделку. Фух.

На все это нужно было не так много- всего $2000. Но их-то у нас и не было!

Миша, как я уже писала, был человеком патологически скупым и донельзя подозрительным.

Договориться с ним переоформить квартиру и заселить Славочку до оплаты было фантастическим сценарием!

Пришлось звонить Инопланетянину.

Он не замедлил появиться. Битых минут сорок мы с Юрой пытались ему объяснить схему обретения им желаемой квартиры, но по его глазам мы все больше видели, как он теряет нить понимания.

В конце концов Инопланетянин не выдержал и спросил: «Вы хотите, чтобы я просто дал вам денег? Ни под что?»

Мы дружно закивали.

Инопланетянин достал кошелёк и, вынув оттуда пачку стодолларовых купюр, отсчитал ровно 20 штук.

Мы были покорены.

В тот же день Серафима Матвеевна, используя поистине магические способности, привела Славочку в жэк, где за тридцать минут и шоколадку тут же выписала Славочку из квартиры. Затем мы под воздействием какого-то гипноза поехали к нотариусу, где состоялась сделка купли-продажи Калиновской квартиры. Там же совершенно подавленному развитием событий Славочке были вручены ключи от квартиры радиолюбителя, и все в тот же день поданы документы в бюро обмена на Наташину квартиру.

Оставалось только после получения ордера на вселение приватизировать квартиру.

О, эти приватизационные годы!

Мы тогда взахлёб дружили с Николаем Степановичем, начальником отдела приватизации горловского исполкома. Открывали двери в его кабинет лёгким движением плеча, а разговор начинался со слов : «Ну, вздрогнули?»

Николай Степанович любил молоденьких женщин, но ещё больше любил коньяк «Чёрный аист».

Наше знакомство с ним началось с того, что мне нужно было решить один срочный вопрос- снять с северной брони и приватизировать за один день квартиру внезапно прибывшего с Севера же к умирающей матери жителя Горловки.

Мне пришлось напрячь всех своих знаемых и попросить рекомендаций. Рекомендатель дал только одно напутствие: «Чёрный Аист»- наше все!»

Я купила целых две бутылки этого чуда молдавского винпрома, два лимона впридачу и взяла с собой кухонный нож.

Вход в его кабинет охраняла церберуня-секретарша неопределённого возраста.

Мне повезло- в тот день церберуня отпросилась и ушла пораньше.

Я беспрепятственно вошла в кабинет начальника отдела приватизации и молча выставила на стол бутылку Чёрного Аиста. Потом ещё одну. Потом достала лимоны и нож.

Он посмотрел на меня глазами секретаря подпольного обкома и сказал: «Дверь закрой.»

Я повернула ключ в замке. Потом в полном молчании Николай Степанович поднялся, открыл старый, видавший виды шкаф и достал две коньячные рюмки. Разлил коньяк. Отрезал моим кухонным ножом дольки лимона.

Я было открыла рот, но он жестом приказал мне замолчать. Затем снова разлил коньяк, и мы снова выпили в полном молчании.

Потом он прошел на своё начальственное место, сел на потертое кожаное кресло и сказал: «Проси, что хочешь!»

Я ворвалась к начальнику отдела приватизации мимо церберуни, с моих ботинок капало- начался противный октябрьский дождь.

• Тихо, тихо,- остановил поток моего сознания Николай Степанович.

• Сначала дело. — и налил невесть откуда взявшийся «Чёрный Аист» по рюмкам.

• Такое впечатление, что коньяк у него никогда не заканчивается,- пронеслось у меня.

• Выпив и закусив порезанным на дольки яблоком, Николай Степанович, наконец, позволил мне рассказать о проблеме.

• Несмотря на его «ты», Николай Степанович был всегда подчёркнуто вежлив и называл меня, девчонку, исключительно Еленой Аркадьевной.

• Разве ж это проблема, уважаемая Елена Аркадьевна,- протянул он нараспев. — Ты ведь помнишь, как мы с тобой в прошлый раз за 3 дня сделали невозможное?

• Именно с того парня с Севера и началось наше знакомство.

• Молодой человек находился уже лет пять на заработках в Тюмени, квартира по советским ещё законам находилась на северной брони.

• Его вызвали к тяжело больной матери, которую срочно госпитализировали, а сыну отправили телеграмму, чтобы успел приехать проститься.

• Нас попросила ему помочь его подруга Лариса, с которой мы тоже приятельствовали, и которая периодически пользовалась нашими услугами.

• Лена, сказали, что она не доживёт до среды,- без предисловий сказала Лариса.- у тебя 2 дня.

• Эти ведьмы положили глаз на его трёхкомнатную квартиру и норовят оттяпать ее у него.

• Миссия казалась невыполнимой. Нужно было успеть снять бронь, обычно на это требовалось 3-5 дней по процедуре, потом получить справки на приватизацию в ЖЭКе, заказать техпаспорт и получить решение исполкома о приватизации. Работы на месяц.

• Николай Степанович взялся за дело с рвением. И не только маячившие перед глазами северные конвертируемые доллары двигали им. Нами двигало чувство справедливости не дать двум жэковским ведьмам оттяпать причитающуюся парню по праву квартиру.

• В отдел брони исполкома мы с Николаем Степановичем поехали вместе. Я осталась за дверью, а он решительно постучал и вошёл во внутрь. Не было его минут пять, затем он вышел с улыбкой победителя и с бумагой с печатью, зажатой в крепкой начальственной руке.

• Я в исполком, а ты в жэк,- направил он меня. Просто покажешь бумагу о снятии с брони и возьмёшь справку о составе семьи. И молчи там.

• Я вошла к начальнице ЖЭКа , лучезарно улыбаясь.

• Да?- подняла голову дама за столом, и наши глаза встретились.

• Она сразу поняла, по какому поводу я пришла, а я- что разговор не заладится.

• Я по доверенности от N. Мне нужна справка о составе семьи,- моя улыбка самопроизвольно начала сползать с лица.

• Приходите в приёмный день,- иронично заметила дама.

• Они имеют связь с больницей,- догадалась я. Счёт на часы.

• Пожалуйста,- я ещё надеялась, что с ней можно договориться. — ее сын должен успеть приватизировать квартиру. Вы можете ему помочь. И он готов отблагодарить.- это был шанс.

• Отблагодарить?- все также иронично,- зачем мне его благодарность? Я возьму все.

• Кажется, я что-то кричала ей о чести, совести, законах мироздания.

• Потом я выдохлась, рывком открыла филёнчатую, выкрашенную белой масляной краской дверь, и со всей силы хлопнула ей, надеясь, что полированный стол под начальницей ЖЭКа рухнет и развалится.

• И, что?- спросила я у себя.- чего ты добилась? Тетка заберёт квартиру парня, мама вряд ли доживёт до утра. Это все.

• Я вышла, села в нашу рабочую машину и сказала водителю ехать в исполком.

• Вот, курва!- выругался Николай Степанович. — и вдруг решил- сам поеду. Жди.

• Он отсутствовал больше часа. Я нервничала так, что нагло открыла створки шкафа в его кабинете, достала непрекращающийся Чёрный Аист, и наполнила рюмку. Потом ещё одну.

• Когда он вернулся, я уже была в кондиции Славочки.

Он расправил передо мной бланк справки о составе семьи.

-Кааааак?- вскричала я.

• Разговор долгий был. Мы ж сто лет знакомы…. и потом,- внезапно улыбнулся он,- я сказал, что ты разговор на диктофон записала.

• Это была победа.

• Нет, это была Чистая Победа! Света над тьмой и разума над жадностью.

• Она плакала. Рассказывала, что у неё больная мать, дочь с ребёнком незамужем. В общем, звони парню своему. Завтра будет решение.

• Наутро Николай Степанович провёл внеплановое заседание исполкома и к обеду мы получили решение. Я поехала в БТИ, где девчонки, которые нас просто обожали, в считанные минуты зарегистрировали решение и выдали свидетельство о праве собственности.

• Я попросила у них сразу справку-характеристику для дарения, и уже через два часа мы привезли нотариуса к матери парня.

• В семь утра позвонили из больницы и сообщили, что мать ночью скончалась.

• А в восемь в дверь квартиры позвонили. На пороге стояли начальник ЖЭКа и мастер.

• Начальник ЖЭКа сказала, что в силу того, что квартира не приватизирована, она отходит ЖЭКу. Они до последнего не верили.

• Северянин вынес договор дарения. Мы все успели.

• Разве ж это проблема,- повторил, очнувшись от общих воспоминаний Николай Степанович. Завтра сделаем внеплановое заседание исполкома.

• Ну, что ты стоишь?

• Наливай!



Источник: http://realtyblogger.net

Регион:
Размещено 16 июля 2018 Просмотров: 408
Елена Елена
0 баллов

Добавить комментарий
Имя
E-mail
Телефон
Сайт